— С удовольствием, — сказал Франсуа, — я уже мно­го прочел о Лондоне.

— Он всегда уже все прочел, папа, — вмешался в раз­говор Боб. — Без Козыря всезнайка.

— Без Козыря? — спросил господин Скиннер, — Что это значит?

— О! Это такое прозвище мне дали в школе, — отве­тил Франсуа. — У нас был преподаватель, который все время повторял, что в жизни должен быть порядок и что порядок — это лучший козырь. Но поскольку у меня ни­когда не бывает порядка…

— …вас прозвали Без Козыря, — закончил фразу гос­подин Скиннер . — Это очень забавно.

— Да, но есть еще и другая причина! — вскричал Боб. — Можно я скажу?

— Нет, нет, — возразил Франсуа. — Во-первых, это неправда!

— Франсуа, — продолжал Боб, — личность исключи­тельная. Он все знает. Понимаешь, это как если бы он, играя в карты, всегда выигрывал, даже не имея козырей. Он первый во всем! И это правда.

Боб явно гордился другом.

— Не слушайте его, — сказал смущенный Франсуа. — Мне иногда просто везет.

— Я рад, что вы с Бобом друзья, — сказал господин Скиннер. — Научите его использовать свои знания. По­тому что, к несчастью… Мы едем вдоль Гайд-парка. Спра­ва, на берегу Темзы, — здание парламента. Боб вам как-нибудь его покажет. Сейчас мы объедем площадь Пикка-дилли-Серкус, а потом проедем по Трафальгар-скверу. Франсуа не терпелось спросить.

— Я не хотел бы быть нескромным, — начал он, — но я узнал от Боба о ваших автоматах.

— А! — Господин Скиннер улыбнулся. — Значит, мои автоматы вас заинтересовали?

— Очень!

— Я покажу вам мою коллекцию.

— Они двигаются по принципу управления на рассто­янии?

— Конечно. Но я добавил в программу одну деталь… Это не так просто объяснить словами. Сигналом для моих автоматов служит голос.

Боб постучал рукой по колену Франсуа.

— Смотри, это площадь Пиккадилли-Серкус, — ска­зал он.